Для легендарного самарского сыщика, полковника милиции в отставке, ныне председателя Совета ветеранов уголовного розыска Самарской области Алексея Зверева это двойной праздник. Во-первых, потому, что по одному из своих образований он педагог. Сам мастер спорта по греко-римской борьбе, Зверев десять лет тренировал ребят в спортивном обществе «Трудовые резервы». Во-вторых, посвятив оперативной работе почти 30 лет, он начинал инспектором по делам несовершеннолетних в Октябрьском РОВД, затем перешел в уголовный розыск, возглавлял отдел по борьбе с бандитизмом и Управление уголовного розыска самарского главка, его называют своим учителем многие самарские сотрудники милиции. И сегодня он передает свой опыт молодому поколению оперативников.
— Ваша карьера пришлась на самые суровые и неспокойные времена. Все говорят про «лихие девяностые», но этот штамп уже стал настолько затертым, что люди, не знакомые с той эпохой, не понимают, в чем же была их «лихость».
— Не путайте, карьера — это другое, не наше. У нас работа. Не понимаю, что такое «лихость». Это было просто такое время. Как виток истории: была Гражданская война, успокоилась, пришла Великая Отечественная, потом снова затишье, затем другая волна. Это цикличность, которую вы, журналисты, лучше меня можете проанализировать. Я начинал в Октябрьском РОВД, с восьмидесятого года, а в уголовном розыске — с 85-го. Было время больших перемен, рост преступности всегда его признак.
— Алексей Александрович, с представителями вашей профессии люди сталкиваются нечасто. К счастью. Потому что убийства, изнасилования, тяжкий вред здоровью — не то, к чему нормальный человек хотел бы иметь отношение. Мне доводилось один раз, был понятым: в подъезде нашего дома на проспекте Ленина в декабре 1993 года застрелили вице-президента ЮКОСа Владимира Зенкина. Шла приватизация, дележ имущества объединения «Куйбышевнефтеоргсинтез», в который входили все три нефтеперерабатывающих завода области, и сообщения об убийстве очередного высокопоставленного руководителя появлялись чуть ли не еженедельно…
— То преступление было раскрыто, многие — нет. Первое в Самарской области заказное убийство такого уровня связано с Новокуйбышевским нефтеперерабатывающим заводом. Его директор Иван Дик был убит выстрелом в затылок в конце декабря 1991 года, также в подъезде своего дома. К расследованию подключились сотрудники милиции и КГБ, вскрылись масштабные хищения нефтепродуктов, многие из ближайшего окружения Дика получили большие сроки, но заказчиков и исполнителей не нашли.
— Время идет, технологии меняются. Насколько изменилась работа уголовного розыска сегодня?
— Многое изменилось кардинально. Когда я возглавлял управление уголовного розыска МВД Самарской области, поступило оборудование для сбора ДНК-профилей. Мы начинали формировать эту базу. В первую очередь мы внесли в базу геномы всех, кто когда-либо проходил по делам об изнасилованиях и других преступлениях такого характера. Число «серийных маньяков» резко сократилось. Был случай, когда серийного насильника и убийцу мы вычислили уже после его смерти благодаря совпадению ДНК. В целом статистика преступлений против личности сейчас сократилась в десятки раз по сравнению с девяностыми. Если тогда у нас число убийств исчислялось сотнями, то сейчас это несколько десятков. Но появились новые вызовы: IT-преступления, мошенничества в сфере цифровых технологий. И кадровый голод ощущается остро. Нагрузка на оперативников огромная, людей не хватает.
— Сегодня вы возглавляете Совет ветеранов и помогаете молодым сотрудникам. Что, на ваш взгляд, самое ценное, что можно им передать из своего опыта?
— Самое ценное — это понимание ответственности. За каждым делом стоят судьбы людей, и наша задача — не просто раскрыть преступление, а восстановить справедливость. А для этого нужно не только знать законы и методики, но и оставаться человеком: уметь слушать, сопереживать, анализировать, понимать мотивы. Этому не научат в вузах, но без этого в нашей профессии нельзя.
«МК в Самаре» поздравляет сотрудников уголовного розыска с профессиональным праздником и публикует материал об Алексее Звереве, вышедший в журнале «Ветераны МВД России» в прошлом году.
Многоэпизодная роль сыщика Зверева
Алексей Александрович Зверев для самарского уголовного розыска является фигурой легендарной. Оперативной работе он посвятил почти 30 лет. Возглавлял Управление уголовного розыска самарского главка, а сегодня является председателем Совета ветеранов этого подразделения и, естественно, свой опыт передаёт молодому поколению оперативников.
В юности Алексей Александрович, вдохновлённый образом Жеглова в фильме «Место встречи изменить нельзя», размечтался о службе в милиции. Однако родители не особо разделяли интереса сына к службе. Алексей родился и вырос в семье рабочих. Родом он из села Неварь Дмитриевского района Курской области. После окончания 8 классов будущий оперативник с двумя братьями и родителями переехал жить к родственникам в Сызрань. Родители устроились на машиностроительный завод и сыну пророчили судьбу рабочего. Да Алексей и не возражал — поступил в городское профессионально‑техническое училище № 26, стал постигать секреты заводской профессии и активно заниматься спортом.
Потом продолжил обучение в Куйбышевском индустриально‑педагогическом техникуме. Проходил обучение на механика по ремонту и монтажу промышленного оборудования. В 17 лет Алексей Зверев выполнил норматив мастера спорта СССР по греко‑римской борьбе. Пройдя обучение на военной кафедре, будущий «Жеглов» получил воинское звание младшего лейтенанта автомобильных войск, и с 1981 года уже тренировал ребят на базе куйбышевского училища № 28 и заочно постигал азы преподавателя физического воспитания в Куйбышевском педагогическом институте.
На службу в органы внутренних дел Алексей пришёл по комсомольской путёвке в 1985 году. Тогда ему было 26 лет. Знакомец по индустриально‑педагогическому техникуму порекомендовал Алексея Зверева в милицию. Перед Алексеем распахнулась иная деятельность, требующая не столько физических данных, сколько аналитических способностей.
Поскольку Зверев получал образование педагогическое, его работа началась в подразделении по делам несовершеннолетних. Спустя год, после окончания вуза, он перевёлся в уголовный розыск. Начальником отдела УР в те времена был Виктор Богаткин, его заместителем — Валерий Горяйнов — легендарные сыщики. Но и оперативная группа, в которую вошёл Алексей Зверев, вскоре раскрыла одно из резонансных преступлений — жестокое убийство мужчины. Как это было?
— Летний день. Уже темнело, — вспоминает Алексей Александрович. — За остановкой общественного транспорта у Загородного парка прохожие в кустах нашли труп мужчины. Я в тот вечер дежурил. С транспортом был дефицит, поэтому попросил коллегу из вневедомственной охраны подбросить на мотоцикле до места происшествия. Осмотрел труп, понял, что криминальный, явствовали следы ножевого ранения. В пострадавшем узнал своего «подопечного». Он в прошлом судимый за причинение тяжкого вреда здоровью. Поехал на адрес его проживания, пообщался с матерью. Установил знакомую пострадавшего, проживающую на улице Ново‑Садовой. Разговорив её, выяснил, что вероятных обидчиков нужно искать по иному адресу. Иду пешком к дому, расположенному у остановки «Николая Гастелло». В подмогу мне направили коллегу из УВД. Два часа ночи. Двери коммунальной квартиры нам не открыли. Пришлось ждать. Спустя время один из злодеев решился открыть дверь. Он неожиданно набросился на меня с ножом. Я применил боевое самбо. Сбил его с ног, и мы ворвались в квартиру. Это был притон, какие‑то непонятные девицы… Первое, на что обратил внимание: стены, пол — всё в крови. Один из мужчин, уголовник Барский, закрылся в туалете. Тот, которого я обездвижил на входе, поднялся и снова набросился на меня. Пришлось ему ещё раз напомнить боевой приём. Иду к туалету. Выбиваю с ноги дверь. Злодей вместе с дверями падает на пол. По итогу: подозреваемых увозили в РОВД. По дороге анализирую: если убили в притоне, или даже в районе остановки «Николая Гастелло», тогда как смогли дотащить тело до Загородного парка? Потом, уже в отделе, на встречу со мной попросился задержанный Барский, тот, что прятался в туалете. Иду в камеру к временно задержанным. Получив от него информацию, проверяю её с коллегами. Таким образом собрали доказательства причастности к убийству одного из недавно вышедших из колонии, проведя там 12 лет за убийство дружинника. Вскоре задержали его. Дело запомнилось тем, что мы раскрыли преступление в дежурные сутки. Руководил группой по раскрытию Анатолий Сараев. А мотив убийства таков: двое выпили, а потом на остановке стали выяснять, кто из них авторитетнее в криминальном мире. Оба уголовники со стажем. Один пырнул ножом другого. Кстати, он же вспорол живот и хозяйке притона. К слову сказать, задержанный после колонии пробыл на свободе меньше месяца. Так что, видимо, небезосновательно утверждение, что вышедшие из тюрьмы не могут долго находиться на свободе, — рассказывает Алексей Александрович.
В воспоминаниях у Алексея Александровича — масса преступлений, жертв, злоумышленников. Он с лёгкостью вспоминает факты, фамилии, даёт точные даты событиям, произошедшим десятки лет назад. По словам ветерана, в памяти есть и такие случаи, о которых вспоминать противно и хочется забыть. Одно из таких — убийство школьницы в 90‑е годы.
Был месяц май. Выпускница школы, умница‑красавица поехала узнавать о вступительных экзаменах в педагогический институт. Поехала и бесследно исчезла. Мать объявила девочку в розыск. Искали, проверяли друзей, знакомых, соседей, устанавливали возможные варианты.
Интересной оказалась романтическая запись, обнаруженная в дневнике школьницы. Она описывала встречу с матросом, который её якобы поцеловал. Однако поиски не дали результата.
Но уже в октябре прохожий, выгуливавший собаку, обнаружил тело девочки. Скелетированный труп с проволокой на шее нашли в овраге на территории Ботанического сада.
Приехали оперативные службы, начали работать. С коллегами опрашивал местных, которые проживали в частных домах у Ботанического сада. Версий было много, но в ходе проверок все отметались, и мы возвращались к исходной точке. Пока один из местных не взболтнул, что, мол, одна компания ребят теперь не суется в Ботанический сад, уж очень чего‑то опасается.
Вышли на троих ребят. Один из них дал признательные показания. С его слов прояснилась картина произошедших событий.
На остановке к девушке подошёл знакомиться паренёк. Уговорил на прогулку. Потом подошли ещё двое. Увели к оврагу. Намеревались изнасиловать, но не получилось. Девушку избили, накинули проволоку ей на шею и удушили.
Получается, что злодеев мы разыскивали девять месяцев. Обвиняемые наняли адвоката. Суд длился долго. Меня вызывали на слушания. Адвокат утверждал, что сотрудники специально обозначили белой лентой место преступления, когда приводили туда обвиняемых для следственного эксперимента. Якобы, чтобы злодеи не ошиблись и показали точное место. А в действительности это мама убитой повесила ленточку в память о своей дочери. В итоге обвиняемых осудили.
3има 1989 года. Алексей Зверев вместе с коллегами из Октябрьского РОВД занимался розыском причастных к убийству врача.
— Обнаружили автомобиль «Нива», принадлежавший врачу одной из больниц. Машина стояла на улице закрытая. Её хозяин пропал. Его искали, но не нашли.
Потом, работая с коллегами по раскрытию хищений автомобилей, мы вышли на след преступной группы, промышлявшей угонами. Появилась информация о том, что автоугонщики могут быть причастны к пропавшему без вести врачу.
Данная группа была многочисленная, около 60 лиц. Поэтому по подведомственности все материалы тогда передали в отдел по борьбе с организованной преступностью УВД Самарской области. Меня тоже откомандировали в УБОП.
Начали проведение оперативной работы. Предположили, что труп доктора может находиться в озере. Даже водоём сливали, ничего не обнаружили. Проверили десятки адресов, опросили сотни людей, в результате установили, что врача похитили лица, которые имели криминальные связи с бандой автоугонщиков.
Преступники просили денег, но их никто не дал. Доктора застрелили. Труп пытались сжечь, а то, что осталось, спустили в рыбацкую лунку водоёма. Удалось найти всех причастных. Одного из главарей этой банды пришлось задерживать лично.
Выдала его любовь к женщинам. Организовали засаду у квартиры его дамы сердца. Он пришёл к ней.
Выждав немного времени, иду по следу. Постучал в дверь, а злодей подумал, что это любовник его женщины, и сразу открыл. Потом в прихожей мы нашли Ð